| главная | ссылки | контакты | гостевая | ENGLISH | FRANÇAIS


Мэрилин Монро / Marilyn Monroe
содержание

ГЛАВА 12 1953 год

В начале 1953 года Мэрилин и Джо заключили между собой устную договоренность. Она не станет носить в общественных местах платья, которые бы настолько сильно открывали тело, что он будет из-за этого чувствовать себя неловко, а Джо, со своей стороны, постарается быть более терпеливым по отношению к ней и более вежливым с Наташей, к которой он испытывал антипатию, встречавшуюся, впрочем, с полнейшей ответной взаимностью. «Мэрилин, — сказала Наташа как-то вечером, — этот мужчина ниспослан тебе в качестве кары божьей за твою жизнь». Надо заметить, что даже по критериям, которых придерживалась Наташа, подобное утверждение было, несомненно, сильным преувеличением. Выступая или же не выступая в качестве бича божьего, Джо на протяжении всей зимы сопровождал Мэрилин в ресторанах; Сидней Сколски написал 9 февраля в своей рубрике, что эта пара «по-прежнему образует весьма близкий союз». Однако он не отказал себе в язвительном комментарии, сообщив, что на организованное поздним вечером того же самого дня торжество вручения премий, но время которого журнал «Фотоплей» присвоил Мэрилин почетное звание «Наиболее быстро восходящая звезда», ее спутником выступал не Джо, а сам Сидней, которого актриса поймала буквально в последнюю минуту.

Причина была простой. В ресторан отеля «Беверли-Хилс» (где Мэрилин жила в этом сезоне) она решила надеть платье из золотой парчи, которое придумал и сшил для нее Травилла. Это была весьма рискованная, соблазнительная и тесно прилегающая к телу модель, которую она носила на съемочной площадке картины «Джентльмены предпочитают блондинок», — платье до самого пола, с глубоким декольте, которое в фильме можно было увидеть только в отдельных кадрах. «Пришлось сделать кое-какие поправки, — вспоминал Травилла, добавив, что умолял ее не носить сейчас этот туалет. — Мэрилин, ты сейчас чересчур толстая, чтобы в нем показываться! Оно тебе слишком тесно, люди будут смеяться!» Однако она не поддалась уговорам, сказав Травилле, что как раз только что узнала «такой фокус, который позволяет быстро сбросить вес, — орошение толстой кишки с помощью клизм, которые вытягивают воду из организма и настолько обезвоживают его, что в талии немедленно теряется несколько сантиметров». Этот сильнодействующий и потенциально опасный способ снижения веса Мэрилин использовала вместо диеты вплоть до конца жизни. «В тот день она проводила процедуру орошения толстой кишки дважды, — вспоминает Травилла, — но зато была счастлива, что платье сидит на ней идеально». Когда в этот самый день после обеда Джо увидел Мэрилин в описанном наряде и сообразил, что она не надела под него ни бюстгальтер, ни трусики, ни комбинацию или какое-нибудь другое белье, то он разозлился и тут же ушел. Назавтра Сидней сдержанно проинформировал читателей своей рубрики, что «Джо пришлось на несколько дней выехать в Сан-Франциско» — безусловно, для того, чтобы остыть в более северном климате и найти утешение в простых нравах собственной семьи. Как и предвиделось, никто не притягивал к себе столько внимания, как она, когда появилась тем вечером в Хрустальном зале отеля, облаченная в облегающее золотое платье, «которое, — как сообщала репортер светской хроники Флорабел Мюэ, — выглядело так, словно было на ней нарисовано». С помощью одной маленькой уловки Мэрилин обратила на себя всеобщее внимание, став главной достопримечательностью вечера... Собравшиеся гости наградили ее громкими аплодисментами, [в то время как] две другие актрисы: Джоан Кроуфорд и Лана Тернер — ограничились тем, что бросили на нее мимолетный взгляд. При сопоставлении с Мэрилин любая девушка по контрасту выглядела сейчас неинтересной. В такой ситуации грозная Джоан Кроуфорд двинулась в атаку. Завоевав славу в том самом году, когда Мэрилин только родилась, она приветствовала свою потенциальную соперницу без той сердечности, которая должна быть присуща настоящей спортсменке. Совсем напротив, она гут же созвала прессу и публично осудила «гротескное зрелище», которое устроила из себя Мэрилин, заявив при этом, что «публике нравятся такие женские натуры, в которых есть что-то провоцирующее, но ей также нравится знать, что под этой видимостью в актрисе таится настоящая леди». После этого Кроуфорд добавила едва ли не с набожной серьезностью: «Дети не любят [Мэрилин]... поскольку они не любят смотреть, как кто-либо использует собственную сексапильность. И не забывайте о зрительницах. Они никогда не выберут картину для просмотра всей семьей, если сочтут ее не подходящей для их мужей или детей». Сорокадевятилетняя звезда рассчитывала, разумеется, на короткую память Голливуда (и всей страны), поскольку под псевдонимом Билли Кэссин молодая Джоан Кроуфорд завоевала славу, в обнаженном виде танцуя на столе чарльстон в одном нелегальном питейном заведении, а потом выступив в нескольких порнографических лентах. Не была бы она довольна и тем, если бы в этот февральский вечер ей напомнили заявление, которое эта дама сделала в бытность свою эдакой вызывающей двадцатилетней особой: «Здоровая американская девушка просто создана для того, чтобы носить на себе как можно меньше тряпья».

Мэрилин, однако, никак не отреагировала на нападение и не ссылалась на прошлое Кроуфорд. Именно в то время, когда ее осудили за появление с чрезмерно открытым бюстом рядом со степенными девицами из американских вооруженных сил, актриса спокойно выбила оружие из рук у своей противницы: «Высказывание мисс Кроуфорд затронуло меня, — сказала она журналистке Луэлле Парсонс, а через нее всей стране, — в связи с моим неизменным восхищением тем, какая она чудесная мать, тем, что она взяла к себе на воспитание четырех детей и создала для них великолепный дом. Кто же лучше меня может знать, какое это имеет значение для бездомных малышей?» Почти полностью исключено, чтобы Мэрилин в тот момент знала, каким образом Кроуфорд выполняет свои материнские обязанности по отношению к этим детям. О ее жестокости было позднее с ужасающей отчетливостью рассказано в книге, написанной одним из ее приемных детей-страдальцев. Но не в этом дело, и бог с ней: Мэрилин, брошенное дитя, ловко ввернув намек на свою печально сложившуюся детскую жизнь, снова завоевала симпатии общественного мнения. В 1953 году, пожалуй, только в Америке проблема обтягивающего платья, которое носит молодая и красивая женщина, могла попасть на первые полосы газет, породив неожиданную бурю в Южной Калифорнии, славящейся в целом умеренным климатом. Но на помощь актрисе уже подтягивалось моральное подкрепление. «Мэрилин — это самое крупное явление, возникшее в Голливуде на протяжении последних лет, — заявила Бэтти Грейбл, которая на протяжении прошедшего десятилетия привлекала для кинокомпании «Фокс» массу зрителей. — Кинофильмы — дело нехитрое, их просто снимают и потом демонстрируют, и вдруг нате — просто откровение! Это Мэрилин. Да она же настоящее оружие в руках Голливуда!» Все это было правдой, и лично Грейбл была настроена к Мэрилин дружелюбно. Но в действительности отдел рекламы «Фокса» написал эти слова в марте, когда обе эти блондинки вместе с брюнеткой Лорин Бэколл начали работу над фильмом «Как выйти замуж за миллионера». Дорогостоящая комедия в техниколоре должна была стать попыткой создать на студии «Фокс» полную настроения панорамную кинокомедию — столь же эффектную, как библейский эпос «Облачение». Новая широкоэкранная техника и Мэрилин Монро — вот те два самых мощных оборонительных редута, которые возвел «Фокс» в качестве средства против оттока зрителей из кинотеатров в связи с массовым распространением телевизоров. Как и в случае с техниколором, стереофоническим звуком, трехмерным стереоскопическим изображением, широкоэкранной проекцией (а также с быстро, к счастью, отвергнутыми машинами под названием «ароморама», дополнявшими изображение запахом), все это являлось попытками киностудий с помощью разных технических затей и придумок дать зрителю то, чего, на их взгляд, недоставало в хороших романах для взрослых с логично построенной фабулой. Следствием такой всесторонней погони за зрителем явилось также написание (а еще чаще — набрасывание общих контуров) ролей специально в расчете на популярных звезд. Способный писатель и продюсер Наннелли Джонсон уже успел придумать для студии «Фокс» и для Мэрилин эпизод в картине «Мы не женаты»; сейчас он был готов выполнить очередной заказ, представив ее, Грейбл и Бэколл в кинофильме, который в принципе являл собой чистой воды показ мод. Название «Как выйти замуж за миллионера» выглядит почти как резюме сюжета, основывающегося на двух театральных пьесах, о трех обожающих деньги материалистках, которые складывают свои сбережения в общий котел, снимают за эти деньги роскошные апартаменты на Манхэттене и принимаются за поиски богатых муженьков. Хотя сцена с участием Монро, представляющая актрису во время сна, породила на съемочной площадке (как и во время работы над «Ниагарой») определенное волнение, поскольку под простыней на Мэрилин ничего не было, она, как обычно, впадала в ужас, когда надо было встать в одежде перед кинокамерой. Но после того, как артистка в конечном итоге начинала играть, происходил настоящий взрыв эмоций — разыгрывался, как это сформулировал ее режиссер Жан Негулеско, «роман, о котором никто из окружающих «е знал. Это был язык откровенных взглядов, интимной фамильярности... А публикой ей служили объективы». На этот взрыв реагировали сотни тысяч людей. Перед наступлением лета Мэрилин получала в неделю больше двадцати пяти тысяч писем, и журнал «Редбук», идя по стопам «Фотоплея», вручил ей еще одну премию — как «самой кассовой молодой актрисе». Вся эта популярность и невероятная слава не породили у нее «головокружения от успехов»: Мэрилин не демонстрировала никаких особых капризов или причуд, не добивалась никаких привилегий. Она оставалась собой; по признанию актрисы, ей казалось, что все происходящее случилось с кем-то другим. Еще никогда Наташа не была настолько ненужной Мэрилин, как во время съемок фильма «Как выйти замуж за миллионера»; однако актриса, как вспоминал тот же Нан-нелли Джонсон, словно находилась «под воздействием чар своей преподавательницы драматического искусства». «В этот период, — добавлял ее коллега-актер Алекс Д'Арси, — Наташа на самом деле давала ей плохие советы, пытаясь оправдать свое пребывание на съемочной площадке тем, что требовала делать дубль за дублем, и этим усугубляла неуверенность Мэрилин в себе». «Ну, дорогая моя, все было нормально, — частенько говорила она Мэрилин, — но все-таки надо, может быть, повторить еще разок». Классический маневр был совершен этой парочкой во время съемок, проходивших весной этого года. Вначале Мэрилин добивалась повторения каждого кадра, пока ей не удавалось увидеть одобрительный кивок Наташиной головы, которую взбешенный продюсер вкупе с режиссером в конечном итоге убрали со съемочной площадки. На следующий день Мэрилин, отговорившись приступом бронхита, не явилась на работу. В результате Наташа быта восстановлена в прежних функциях — и ей повысили зарплату. «Монро не в состоянии сниматься в кино без Лайтесс, — написал агент Чарлз Фелдмен в памятной записке для сотрудников своей конторы «Знаменитые артисты» после посещения съемочной площадки. — А эта наставница не отступится, пока не получит соответствующего вознаграждения». И тем не менее характерно, что на этой капитуляции киностудия заработала. Роль близорукой Полы, доставшаяся Мэрилин, была самой короткой из всей троицы красавиц-актрис, однако артистка блеснула в ней комизмом, вполне достойным Гарольда Ллойда или Чарли Чаплина, забавно натыкаясь на двери и стенки, когда на носу у нее не было очков.

страницы

01 - 02 - 03 - 04 - 05 - 06 - 07 - 08 - 09 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 -
31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50 - 51 - 52 - 53 - 54 - 55 - 56 - 57 - 58 - 59 - 60 -
61 - 62 - 63 - 64 - 65 - 66 - 67 - 68 - 69 - 70 - 71 - 72 - 73 - 74 - 75 - 76 - 77 - 78 - 79 - 80 - 81 - 82 - 83 - 84 - 85 - 86 - 87 - 88 - 89 - 90 -
91 - 92 - 93 - 94 - 95 - 96 - 97 - 98 - 99 - 100 -