| главная | ссылки | контакты | гостевая | ENGLISH | FRANÇAIS


Я был бандитом, а не ангелом

В1996 году журнал «Телерама» опубликовал беседу своего корреспондента с Аленам Делоном по случаю сорока лет работы актера в кино.

В кафе «Фукетс» на Елисейских Полях, в котором у каждого кинематографиста есть свое салфетное кольцо, Ален Делон принимает, как у себя дома. Девять с половиной утра. Со стратегической точки, где он сидит, ему видна вся в настоящее время пустынная зала. Столик накрыт для первого завтрака (к которому он не притронется, за исключением кофе, которое поглощает чашку за чашкой). Он в джинсовом костюме, в затемненных очках, роскошные часы на запястье, сотовый телефон лежит на столе рядом с черным кейсом. Он бросает: «Предупреждаю, я не ранняя пташка». Мимолетная вежливая улыбка пропадает. Двойная крестообразная бороздка на лбу становится более четкой и выразительной. Его пресловутый «стальной взгляд» прощупывает, взвешивает. Делон
проявляет бдительность, он настороже. Вежливый, любезный, но не чрезмерно.
Сегодня празднуют его 40-летие в кино. По нему это не скажешь. Естественно, черты лица слегка потускнели, но жестикуляция по-прежнему четкая и живая. Демонстративная. Делон занимает все пространство. Он все время в движении. Это порывистый человек. Когда он отвечает на вопрос, его реплики метки. Он высказывает свою правду. И точка. На остальное ему наплевать. Кстати, только начав отвечать, он говорит, что уже «все сказал и обо всем высказался».
К огромной ретроспективе, организуемой Синематекой, он относится серьезно. Будут показаны 53 фильма из 80 на сегодняшний день, большая выставка часто незнакомых фотографий, принадлежащих ему, каталог, коим он особенно гордится: «Вы упадете в обморок, когда прочтете тексты». Короче, предстоит большая игра. Наверняка самая большая когда-либо организованная при жизни любого французского актера. Улыбка. Доволен.
«Это в какой-то мере плод моего труда», — говорит он. Но знает, что его могут поймать на слове, обвиняя — в который раз — в мании величия... Поэтому он стремится разминировать поле тщательно продуманной сентенцией: «Это дань уважения не человеку или актеру, а карьере. Карьеру не сделаешь один. Дань-уважения относится ко всем, кто мне помогал...» Он в точности повторяет то, что говорил в телепередаче «Культурный бульон», которая была ему посвящена в начале марта. В тот вечер перед лицом ведущего Бернара Пиво, провозгласившего себя поклонником с первого его фильма, Ален Делон, говоря об Алене Делоне, умело справился со своей задачей. Как все единодушно отмечали, он был «на месте». Очень профессионален. Очень хорошо выглядел. Произнеся в заключение очень важную фразу: «Я тот, кем всегда был». Личностью из гранита, неосязаемой, не тронутой временем. Таким его и любил зритель, и такой образ он хотел бы сохранить: четкий и без сучка и задоринки. Он однажды и навсегда провозгласил, что расплывчатость к нему не подходит. Что он человек цельных убеждений и раз и навсегда сделанного выбора. Сказал, как отрубил. У него отменное прошлое, поразительная карьера. Делону известно, на что следует ссылаться, чтобы обозначить диапазон оказываемого ему «омажа». Это десятилетие с 1959 по 1969 год. Промежуток времени, когда все ему удивительным образом удавалось. Или потому, что он общался с богами. Его боги — это Висконти, Клеман, Мельвиль... Рене Клемана он называет «своим мэтром» и утверждает, что тот «всему его научил» на съемках «На ярком

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
страницы
1 2 3